Непобежденный
ПроРостов - PROфиль
Автор: Николай Асташкин   
09.02.2011 12:35

Ранения, которые получил полковник Владимир Бандура в бою с террористами, надолго уложили его на больничную койку. Вопреки прогнозам врачей, которые прочили ему инвалидную коляску, этот «настоящий полковник» не только поднялся на ноги, самостоятельно стал ходить, но и получил генеральские погоны, продолжил военную службу.

Напоролись на засаду

Это случилось 16 апреля 1998 года. Колонна автомобилей, состоящая из двух «уазиков» и автобуса, в которых находились генералы и офицеры Генштаба и Северо-Кавказского военного округа, а также группа охраны и сопровождения, двигалась по дороге Малый Малгобек – Старый Батакоюрт. Казалось, ничто не предвещало беды. Но в районе перевала Хурикау, что вблизи осетино-ингушской административной границы, колонна напоролась на засаду. Вспоминая тот бой, Владимир Евгеньевич рассказывает: «Мой «уазик» двигался в голове колонны. Я находился справа от водителя. На заднем сиденье – генерал-майор Виктор Прокопенко, заместитель начальника главного оперативного управления Генштаба, и генерал-лейтенант Николай Мухин, заместитель командующего ракетными войсками и артиллерией сухопутных войск. За рулем – рядовой Владимир Дрындин.
За нашей машиной двигался автобус с охраной. Замыкал колонну еще один «уазик». Когда миновали милицейский КПП № 16, я обратил внимание, что милиционеры, которые несли там службу, нас не остановили. Я даже удивился: всегда проверяли документы, а на этот раз пропустили беспрепятственно. Метров за сто до перевала я остановил колонну: погода стала портиться, спустился туман. Видимость – минимальная.
Вышли из машин, размяли затекшие суставы. Помню, сказал, что опорный пункт, куда мы держали путь, сразу за перевалом. В общем, еще метров пятьсот – и мы у конечной цели. Перекурив, двинулись дальше. Вскоре справа и слева от дороги я увидел людей в черных масках, с автоматами. Они стояли в полный рост – человек по шесть-семь с каждой стороны. Одеты они были в новенькую камуфлированную форму серого цвета: точь-в-точь как у натовцев. В руках – автоматы «Кедр» с глушителями, как у спецназа.
Почему-то сразу подумал: «По нашу душу». Водителю Володе Дрындину крикнул: «Дави!». Он свернул на обочину и стал давить тех, кто стоял слева от дороги. Боевики отскакивали в сторону. Почти в ту же секунду с правой стороны по «уазику» открыли огонь. Я этого не видел, только слышал. Мне почти сразу пуля попала в ногу. Я попытался достать пистолет. Не помню, стрелял или нет. На какое-то время потерял сознание. Когда очнулся, почувствовал в руке зажатую рукоятку пистолета. Хорошо помню, как обшивку салона прошивали пули. «Уходи на перевал», – кричу водителю. И в тот же момент – сильный удар в спину. Потерял сознание...
Водитель, как я выяснил позже, получил три пули: в руку, ногу и спину. Превозмогая боль, он все-таки сумел вывести машину из-под обстрела и добраться до ближайшего блокпоста милиции. Только благодаря самоотверженности этого парня мы с генерал-лейтенантом Николаем Мухиным остались живы. А вот генерал-майор Виктор Прокопенко, увы, погиб…
На блокпосту я пришел в сознание. Лежал на земле. Кто-то пытался разжать мне пальцы на рукоятке пистолете. И тут я снова потерял сознание…».

С пулей в… сердце

Несколько суток полковник Бандура находился в коме. Первую операцию по извлечению пули из ноги ему сделали в Малгобекской районной больнице. Местные врачи не имели соответствующей квалификации, поэтому главному хирургу округа полковнику медицинской службы Сергею Татарину позже пришлось оперировать тяжелораненого полковника заново: с учетом, так сказать, пулевых ранений. При первой же возможности пострадавшего отправили в военный госпиталь во Владикавказ, а оттуда – в главный военный клинический госпиталь имени Бурденко. В нем полковник Владимир Бандура пролежал шесть месяцев: с конца апреля по октябрь 1998 года.
Лежал он в отделении гнойной хирургии, которое в то время возглавлял полковник медицинской службы Виталий Французов. Ныне он – доктор медицинских наук, профессор, главный врач 36-й городской клинической больницы Москвы – той самой, где не так давно проходил курс лечения журналист Олег Кашин, избитый неизвестными лицами. Там же, в госпитале имени Бурденко, Владимир Евгеньевич узнал, что ему присвоено воинское звание генерал-майора. А спустя некоторое время генеральские погоны и орден Мужества, которым он был награжден, Владимиру Бандуре вручил министр обороны Игорь Сергеев. Тогда же Сергеев спросил: «Служить будете?». Бандура ответил: «Буду».
Когда раны зарубцевались, Владимира Бандуру, ставшего уже генералом, из гнойного отделения перевели в отделение нейрохирургии, где при углубленном обследовании у него обнаружили пулю в… сердце. Каким-то чудом она не коснулась сердечной мышцы, оставив раненого офицера в живых. Естественно, нужна была операция. Однако в виду того, что организм генерала оказался слишком слаб, операцию решили отложить. Тогда же в главном военном госпитале Владимир Бандура, превозмогая боль, стал понемногу подниматься с постели, пытаясь делать первые шаги.
В октябре 1998-го генерал Бандура из Москвы направился в Пятигорск, где продолжил курс лечения в военном санатории. После чего еще год с лишним провел на больничной койке – на этот раз в окружном военном госпитале Ростова-на-Дону. В середине февраля 2000 года Владимир Бандура отправился в Петербург, в Военно-медицинскую академию. Предстояла операция на позвоночнике. Но сначала, конечно, нужно было удалить пулю из сердца. Эту непростую операцию делал тогдашний министр здравоохранения России Юрий Шевченко, специально прилетевший из Москвы. «Помню, Юрий Леонидович Шевченко пригласил меня в кабинет, – рассказывает Владимир Евгеньевич. – На увеличенном макете сердца показал, в каком месте находится пуля. Затем показал рентгеновский снимок, на котором довольно четко просматривался инородный предмет. Спрашивает у меня: «На операцию согласны?». Отвечаю: «Согласен».
Операция, по словам Владимира Бандуры, прошла успешно. А в марте того же года – вторая операция, на позвоночнике, пораженном осколками. Ее делал главный нейрохирург Вооруженных сил России, доктор медицинских наук, профессор Борис Всеволодович Гайдар – начальник кафедры и клиники нейрохирургии Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова. «Он сделал все, что мог, – говорит Владимир Евгеньевич. – Но ранение очень тяжелое – были поражены нервные окончания позвоночника, которые прорастают, как мне объяснили, очень медленно».

В боевом строю

В конце 2000 года генерал Владимир Бандура был окончательно выписан из госпиталя и, опираясь на клюшку, направился в штаб СКВО, где он продолжал оставаться заместителем начальника штаба (ЗНШ) округа. В то время этот штаб возглавлял Герой России генерал-полковник Владимир Булгаков, которого десять лет спустя я попросил рассказать о генерале Бандуре. «Ранение у него было очень сложное, тяжелое, – говорит Владимир Васильевич. – И, надо отдать должное, этот недуг, который у него был и с которым многие, может быть, бегали бы, выбивая себе инвалидность и прочее, он переборол, стал не только ходить, но и продолжил военную службу. Он чувствовал себя равноправным членом коллектива, а у нас тогда был дружный, сработанный коллектив. Мы тогда прошли не одну проверку – и не за столом, на картах, а на поле боя. Может, это чувство ему как раз и помогло».

Как ЗНШ, генерал Бандура занимался вопросами антитеррора. Кроме того, генерал Булгаков привлекал его еще и к дополнительным занятиям с офицерами оперативного управления округа. Дело в том, что, когда образовался Южный федеральный округ, туда ушло немало квалифицированных специалистов из штаба СКВО. На их место пришли молодые офицеры, которых нужно было обучать премудростям военной науки. А генерал Бандура был «оператором» высочайшего класса. «Все начальники штабов относились ко мне очень хорошо, – говорит Владимир Евгеньевич. – Понимая, конечно, те возможности, которые у меня были. Никогда не было такого отношения, что, мол, какого черта ты тут делаешь?! Те вопросы, которые мне поручались, я отрабатывал».
Герой России генерал-полковник Владимир Булгаков рассказывает: «К решению поставленных задач генерал Бандура всегда подходил ответственно, никогда не ссылался на свое увечье. Он старался работать, как все физически здоровые люди. Если мы работали круглые сутки, и он работал круглые сутки. Если мы работали без выходных, и он работал без выходных. Это личность, с которой надо брать пример».
Получив в бою тяжелое ранение, генерал Владимир Евгеньевич Бандура не ушел в отставку, хотя имел на это полное право. Он продолжал служить, показывая офицерам пример беззаветного выполнения воинского долга. И лишь в 2007 году боевой генерал уволился в отставку, но до сих пор продолжает скучать по родному воинскому коллективу.


Фото автора

 

Добавить комментарий

Администрация сайта предупреждает, что комментарии, содержащие оскорбления, клевету, экстремизм и другие нарушения действующего законодательства, будут удаляться.


Защитный код
Обновить

Баннер

Счетчик посещений


mod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_counter
mod_vvisit_counterСегодня1283
mod_vvisit_counterВчера1883
mod_vvisit_counterНа этой неделе1283
mod_vvisit_counterНа прошлой неделе14551
mod_vvisit_counterВ этом месяце47177
mod_vvisit_counterВ прошлом месяце60935
mod_vvisit_counterВсего1870861

Сейчас онлайн: 43
Ваш IP: 107.22.126.144
Сегодня: 22.10.2017 год

Наш яндекс кошелек

Информационно правовой центр Александра Толмачёва. Ростов-на-Дону