Государственная Дума есть, но народным духом там не пахнет

Сильно был удивлен, когда по ТВ среди депутатов увидел сразу три знакомых лица. Да еще каких! Каждый из них стоит в отдельной публикации. Но я их объединю. О ком пойдет речь? О тех, кто сел в думские кресла с грязным прошлым. Не думаю, что оказавшись в нижней палате парламента, они поменяли взгляды на жизнь. Будь самовыдвиженцами на выборах, они вряд ли бы туда попали. Наверняка по партийным спискам «Единой России» их туда протащили. Если это так, то грош цена такой ячейке. Получается, что запятнанная репутация им дороже, чем отстаивание и защита интересов населения нашей страны. Как ни крути, получается глубоко не народная Дума. И вы в этом убедитесь, прочитав данный материал.

Экономическая диверсия

Начну с бывшего главного врача России господина Онищенко. Познакомились мы с ним в городе Кропоткине Краснодарского края. Он тогда был при должности. Руки друг другу не жали, так как у нас с ним были разные задачи. Онищенко приехал на Кубань, чтобы опорочить преуспевающий молокозавод и без шума и пыли передать его в руки своих заказчиков. Вначале у него все шло как по маслу. Он без труда, по изъятым накладным, вычислил, куда поступает продукция с данного предприятия. Затем навестил шесть глав регионов и полюбовно с ними договорился о мирном захвате прибыльного молокозавода. Заманчивое предложение наверняка было подкреплено материально. Запросто так, как тогда, так и сейчас, местные «тузы» не работают. Те не стали перечить чиновнику столь высокого ранга и охотно согласились подыграть ему. От них требовалось одно – не вмешиваться и дать лживую информацию в СМИ об очаге дизентерии, возникшем в регионе от употребления от продукции молокозавода. Как сейчас помню, вышло заявление бывшего губернатора Ростовской области Чуба. Оно сводилось к тому, что 60 человек употребили молочку из Кропоткина и попали сразу в инфекционное отделение областной больницы. Не учел оратор одного, что для миллионного города Ростов-на-Дону цифра 60 как капля в море. И запоносили люди далеко не от Кропоткинской молочки.

Геннадий Онищенко

Пока Чуб и другие региональные начальники с экранов телевизоров несли несусветную чушь, по поводу сметаны, творога, молока, мне поступил звонок с предприятия. Туда из шести регионов начали свозить, якобы, инфекционную продукцию. Плачущий женский голос просил о помощи военного журналиста. Долго уговаривать не пришлось. Ручка, блокнот, диктофон, фотоаппарат всегда были наготове. Через три часа меня встретили взрослые женщины на проходной. Короткое знакомство с директором и мы пошли по цехам. Стерильная чистота везде. Персонал как в больнице одет беленькие халаты и шапочки. Директор с 30-летним стажем показал мне заявление на увольнение. Губернатор Краснодарского края приказал его написать. На завод он не заехал, как и Онищенко. Закончив обход, я пообещал вернуться с телеоператором. Попросил накрыть стол всем выпускаемым у них ассортиментом. Я видел глаза женщин, которые проработали на заводе не один десяток лет. Они были в слезах. Надеялись увидеть губернатора Ткачева, а он наплевал на коллектив. Сдал их с потрохами онищенской братве. Спросили только: есть ли шанс, что завод не отнимут. Заверил коллектив, что останусь с ними до тех пор, пока не восторжествует правда. Директору сказал, чтобы никому свое заявление о сложении полномочий не отдавал и всем говорил, в том числе и Ткачеву, что его забрал журналист Толмачев.

Меня сопроводили к местной больнице. На входе в медучреждение стояли две телекамеры одного из центральных каналов. Подхожу к коллегам: 

— Что снимаем, ребята? 

— А ты разве не слышал, что здесь происходит?   

— Слышал, но глубоко сомневаюсь, что людей «пронесла» молочка. 

— А мы нет. Смотри, санитарная «таблетка» очередных везет. Сотый раз въезжает. Думаем, больных уже завезли столько, что класть их некуда. 

— А вы их видели? В палаты заходили? 

— Зачем? Нас туда не пускают.

— А Онищенко был здесь? И где его найти? 

— Подъезжал, но в больницу не заходил. У входа с главврачом о чем-то шептался. Знаем, что вечером на местном ТВ выступать будет. Там его и можешь поймать. А ты из какого издания?

— Из «Московских новостей». Собкор по Северному Кавказу. 

— А-а-а, сильная газета. Читаем регулярно. 

Попрощавшись, направился в административное здание больницы. Как военного, никто меня не остановил. Видимо, приняли за МЧСника. Решил не светиться перед руководством. Сразу направился в лечебный корпус. Как раз в это время подъехала санитарная машина. Та самая, что периодически мелькает перед камерами. Водитель попросил у меня спички. Разговорились. Он то и проболтался про аферу, придуманную Онищенко. Завоза больных не было. Гоняли порожняк. Вооружившись добытой информацией, смело вошел в инфекционное отделение. Дежурный врач принял меня за подчиненного Онищенко. Выдал мне халат и повел по палатам. Переполненных палат не было. Опросил находившихся там. Больных дизентерией оказалось всего шесть человек. Самое интересное, что диарея у них не от молочки заводской, а от плохой воды. Сырую пили. 

— А вас предупреждали, что надо говорить, если вдруг  кто-то приедет с проверкой? 

— Настоятельно убеждали, что отравились мы некачественной продукцией с нашего молочного завода. Мы такого не можем сказать, так как сметаны, творога, кефира не употребляли. А вот плохая очистка воды частенько жидким стулом заканчивается. 

— Есть еще больные дизентерией? — спрашиваю у сопровождающего.     

— Нет.

— Тогда, скажите, зачем весь этот цирк устроен?  

— Не знаю. Начальство приказало на всех находящихся в стационаре оформить карточки как на дизентерийных больных. И мы завели.  

— И сколько у вас таких лже-больных?

— Ровно сорок.

— Из них только шесть с подтвержденным диагнозом? 

— Получается, что так. Но зачем это вам? Мы же для вас стараемся. Руководство сказало, что Онищенко нас за это поощрит.

— Вряд ли он это сделает. Я журналист и советую вам впредь не идти на поводу тех, кто вашими руками творит беззаконие. 

Врач поперхнулся, покраснел как рак.

— И что теперь будет?

— Читайте об этом в газете «Московские новости».   

На выходе посоветовал телевизионщикам больше не оболванивать людей. Заверил их, что «таблетки» гоняют порожняком. Ехать со мной на молокозавод никто из них не пожелал. Видимо, они и слили информацию обо мне Онищенко. Нашел местного оператора, который согласился заснять мою «молочно-кислую трапезу». Стол по моей просьбе был уже накрыт. Меня здесь ждали. Прежде чем довести до них результаты своего журналистского расследования, начал по порядку пробовать вкуснятину местного разлива и приготовления. Такого вкусного сыра и сметаны я давно не ел. Подошел директор. Он собрался отвозить свое заявление на увольнение губернатору Ткачеву, который с Онищенко мотался по городу. Прошу дать его мне. Когда лист А4 с рукописным текстом оказался в моих руках, я попросил оператора навести камеру на меня крупным планом. Сложив заявление вдвое, начал медленно его рвать.

— А что скажет Ткачев? – с дрожью в голосе произнес руководитель предприятия. 

— Меня это уже не интересует. Это мой ответ на экономическую диверсию. Пришлось объяснить, почему я сделал такой вывод. Народ ликовал. По пути в Ростов-на-Дону заехал на местное телевидение в надежде, что там увижу Онищенко и Ткачева. У меня было много к ним вопросов. Там мне сказали, что оба чиновника отказались от намеченной передачи. Видимо, поняли, что их афера с заводом провалилась.

Точку в афере по захвату молокозавода поставила телеведущая Таня Миткова. Она по телефону выяснила у меня все подробности, произошедшего в городе Кропоткине и пришла к мнению, что в отношении завода была проведена спланированная экономическая диверсия. Она поведала правду об этом в вечерних новостях.

Провальная затея Онищенко по захвату молокозавода в Кропоткине никак не повлияла на его дальнейшую судьбу. Еще долго приходилось слышать выявленные им вирусные страшилки. Например, под предлогом куриного и свиного гриппа уничтожалась вся живность не только у населения, но и в преуспевающих фермерских хозяйствах. На их месте тут же возводились птицефабрики и свинофермы, живность которых не брала ни одна зараза. Делалось это в угоду хозяев с большими и толстыми кошельками. Таким образом конкуренция мясная, молочная, фруктово-ягодная сводилась к нулю. Народ взвыл от такой губительной политики Онищенко. Застрочили жалобы президенту Путину. Услышал. Освобожденный от должности Онищенко вскоре пересел в другое кресло – думское. Только пользы от такой рокировки никакой. Сидит себе и сидит. Жмет кнопки и жмет. Особенно те, на которые указывают новые хозяева жизни. С народом Онищенко продолжает общаться на эзоповском языке, причем через губу. Когда писал материал о том, как по указанию Онищенко гоняли пустую машину скорой помощи в больницу и назад, мне вспомнился московский сюжет по ТВ с коронавирусом. Показали, как в одну из больниц выстроилась вереница Газелей с красным крестом. Судя по рассказу журналиста, больных принимают очень медленно. По 8-9 часов стоят у проходной. Все хорошо. Машины показали. А вот что внутри, телезрители не увидели. Может, это очередной онищенский трюк? Похоже, это так. Не поверю, чтобы опытные тележурналисты упустили возможность пообщаться с теми, кто находился внутри салона «скорой помощи». Может, там больных и не было?

Еще один штрих про коронавирус. По распоряжению Путина медицинским работникам, за самоотверженный труд были выделены надбавки. Деньги до адресатов не дошли. Владимир Владимирович начал в очередной раз (вспомним Сочи перед Олимпиадой, космодром Восточный) жаловаться народу, что миллиардные суммы разворовываются. Значит войско, которому он поручает выполнить простейшую операцию, неуправляемое? И почему бездействует Бастрыкин со своей армией?

Ботанический ад

Вместо реликтовых деревьев в Ботаническом саду растут особняки

А сделал его таковым бывший мэр города Ростова-на-Дону, а ныне депутат Госдумы РФ Михаил Чернышев. В период его правления коррупция захлестнула столицу Дона. Удивляюсь, как ему удалось избежать ареста. Поводов было предостаточно. И я об этом писал не раз. Но подключались его «крышеватели» – бывший губернатор РО Чуб и бывший председатель Ростовского облсуда Ткачев и все мои расследования сводились на нет. Это при нем закрывались и продавались детские сады, разваливались городские предприятия, которые за копейки уходили «откатчикам». Как и «строительные пятна» в центре города.

Михаил Чернышев

Самыми выдающимися его аферами были мифическое строительство метро и строительство рельсовой дороги для скоростных трамвайных вагончиков. Вбухалны туда огромные суммы денег. По бумагам, конечно. Если метро и не начинали строить, то рельсовую дорогу проложили только по Буденновскому проспекту и тут же снова закатали рельсы под асфальт. Прикормленная прокуратура на мои неопровержимые опубликованные факты отреагировала скептически. Как и на ремонты дорог – на тяп-ляповое покрытие списывались сотни миллионов рублей. Думаю, что изощренным ухищрениям Чернышева нет срока давности. Надеюсь, что главный следователь России Бастрыкин заставит его толкнуть речь не с трибуны Госдумы, а под протокол в кабинете с зарешеченными окнами. Не буду расписывать, как прохиндей разваливал старинный купеческий город. Расскажу, как он продал часть земли Ботанического сада и превратил его в мусорную свалку.

Короткая справка. Ботанический сад РГУ (Ростовский государственный университет) основан в 1927 году. Является государственным памятником природы. Занимает площадь 170 га. Коллекционный фонд насчитывает 5,5 тыс. видов деревьев, кустарников и травянистых растений. Он входит в список 100 крупнейших садов мира, единственный от России включен в научный каталог ботанических садов мира (Лондон, 2006). Главным достоянием является коллекционный фонд (около 5 000 таксономических единиц). А теперь представьте: те же иностранцы захотят увидеть, что они занесли в свою книгу. Думаю, не надо объяснять, в каком цвете будет выглядеть нынешнее руководство области и города. Мало того, что бывший глава Ростова-на-Дону оставил после себя грязь, разруху, неухоженность, кроме того он еще оттяпал и продал 5 га земли Ботанического сада под строительство элитных домов. Советую следователям Бастрыкина посетить переулок Тепличный. Всякого насмотрелся в Ростове, но такой шикарности и размаха построенных дворцов не встречал. Чернышев за трехметровым забором разместил верхушку ростовских чиновников и силовиков. И себя и своих крышевателей, естественно, не обделил. Заметно, что между коррупционерами шли строительные соревнования. Один круче другого возводил свои хоромы.

Особняк М.Чернышева в ботаническом саду

Пять гектаров земли угробили и по фигу, что эта федеральная собственность, что эти земли были занесены в реестр заповедников мирового уровня. Судя по списочному составу, который у меня имеется, на заповедной земле построились далеко не рядовые чиновники города и области. В то время поговорить с ними не удалось. При моем появлении разбежались, как мыши. Заметил, что вглубь сада шла новая расчистка площади под строительство. Территория не меньше первой. После серии моих публикаций удалось остановить захватчиков земли. Думаю, что это была временная приостановка. Вскоре меня пленили. Затем незаконно осудили. Дальнейшая судьба Ботанического сада оказалась в руках Чернышева. Сколько он еще продал земли и за сколько, надеюсь, выяснит следствие. А мы пойдем дальше.  

Жену и двух сыновей внук Шолохова продал вместе с домом  

Внук классика советской литературы — Александр Шолохов

Сейчас Александр Шолохов тоже в Госдуме. За культурное наследие России отвечает. Это не однофамилец, а действительный внук Михаила Шолохова, автора «Тихого Дона». Его бесправовым действиям я посвятил два фактурных материала с выездом в станицу Вешенскую: «Бесстыдное выдворение» и «Выдворители семьи беззащитной». Конечно, встречался с главой семейства Александром. Он ничего не мог сказать в свое оправдание. Кроме угроз в мой адрес. Но мне не привыкать. Пугальщики, как черти из табакерки, появлялись, когда я раскрывал их мерзкую подноготную.

То, что сотворил внучок Шолохова, является позором не только для донского казачества, но и дурной пример российским семьям. Раньше, что не так в семье, казак брал кафтан, набрасывал на плечи и уходил из дома. Александр напрочь забыл эти традиции. Начал давить на семью с позиции силы. Не своей, конечно. Там нечем кичиться. Спорт для него чужд. Поэтому пользуясь связями отца – полковника милиции, сына писателя, который ногами открывал двери в любой чиновничий кабинет, привлек к операции по выселению жены и больного сына целый отряд силовиков.

Суть дела такова. В указанных материалах я рассказал о том, как популяризатор творческого наследия деда Александр Шолохов продал жилой дом вместе с женой и сыном другу семьи – полковнику полиции Александру Рыбалке за два миллиона рублей. Хотя по оценке специалистов, реальная стоимость дома была более 10 миллионов. Об этой сделке жена Инна Шолохова случайно узнала от соседей. Двадцатилетнее проживание в зарегистрированном браке позволяло ей претендовать на половину совместно нажитого имущества. Но судья Анна Спицына подошла к рассмотрению данного гражданского дела своеобразно, по заказу. В своем решении она сослалась на ст.253 ГК РФ, где указала, что сделка может быть признана недействительной, если покупатель Рыбалка знал или должен был знать о совместной собственности супругов на данный дом и земельный участок, а также знал или заведомо должен был знать о несогласии Шолоховой на совершение сделки. Судья умышленно не обратила внимание на показание свидетелей и фотодокументы, которые ярко свидетельствуют о том, что Рыбалка был вхож в семью Шолоховых. Знал о ней все до мелочей. Застолья без него не обходились. Мало того, во время нашей беседы, Рыбалка признался: «Да, я знаю хорошо эту семью. С Михаилом Михайловичем, отцом Саши, мы работали вместе. Он был моим начальником, и сейчас у нас хорошие отношения. Михаил Михайлович говорил, что с Инной все вопросы согласованы. Должен был состояться разговор о разделе. Вот так выгнать без куска хлеба? Деньги должны ей были дать. Вот сумма ей на квартиру – и все вопросы решены. А с чем же она остается?».

Действия депутата Госдумы Шолохова, реализовавшего совместно нажитое имущество и присвоившего вырученные от продажи деньги, являются незаконными и подпадают под одну из статей УК РФ. Думаю, что Рыбалка был разменной монетой при выдворении из дома Инны Шолоховой с двумя детьми. Опять же советую господину Бастрыкину нагрянуть в станицу Вешенскую и убедиться в мошеннических действиях по сделке купли-продажи дома Рыбалке. Спешное выселение жены и детей началось по заявлению А.Рыбалки. Трусливый беспредельщик, как и сам Шолохов, отказались принять в этом участие. Командовала всем процессом нанятая ими госпожа Давыдович. Местные приставы-исполнители отказались подыгрывать Рыбалке и Шолохову. Те подключили Ростов. По указанию губернатора Чуба в ст. Вешенскую на выселение бедной женщины бросили 20 человек. Из них 11 вооруженных до зубов приставов-исполнителей. Рад, что застал блюстителей порядка во время работы. Маски-шоу во всей красе увидел. Они были в бронежилетах, с рациями и дубинками, спецсредствами, натыканными по карманам, перекрыли входы и выходы из дома. Возглавлял это наглое и нанятое войско Олег Диденко. На вопрос: «Куда выселять будете хозяйку?»,- ответил просто: «За калитку» . Что в последствие было сделано.

Отряд силовиков выслан на выдворение из своего дома женщины с двумя детьми

Местные грузчики, которых нанял Диденко, приняли решение не участвовать в этом, по их мнению, незаконном мероприятии. Они сели в машину и уехали. После всего увиденного, я решил узнать, что по этому поводу думают местные правоохранительные руководители. Начал с прокуратуры, которая по закону должна держать стороны несовершеннолетних. И вот ответ заместителя прокурора Дениса Леонтьевича (фамилию назвать он отказался. Фамилия его заместителя – Любименко. Прим. – А.Изучеевой): «Обжалуйте действие приставов. У меня нет никаких оснований, чтобы там присутствовать. Я не следственный орган, чтобы составлять какие-то документы. Обращайтесь к ним». Более сговорчивым оказался начальник милиции Сергей Литвинов: «А причем здесь милиция? Судебные приставы имеют право носить оружие. Сейчас пришлю участкового». Слово страж порядка сдержал. Через полчаса приехал лейтенант Железко. Требовательных ноток в его голосе я не уловил. Он перед приставами раскланялся и стал выполнять все команды Диденко.

Инна Шолохова с сыном

После незаконного выдворения и моей очередной публикации Инна Шолохова обратилась к президенту России и министру культуры. В конце написала: «Не знаю, как жить дальше. С работы муж незаконно уволил. Жить негде». А я, в свою очередь, обратился к полпреду президента Владимиру Устинову, губернатору Ростовской области с просьбой вмешаться в разгоревшийся конфликт. Напомнил им, что все судебные заседания проходили без органов опеки и попечительства, а 16-летнему Петру Шолохову в судебном порядке было отказано в получении паспорта и российского гражданства (так отец Александр Шолохов пожелал). Указал правовикам и на то, что имеется информация о нецелевом использовании бюджетных денег, выделяемых на музей – заповедник Михаила Шолохова его внуком Александром. Ответов я не получил. Глава государства тоже промолчал. Прошло время и я увидел, как Путин принимает Александра Шолохова, который без зазрения совести просит главу государства выделить побольше денег на его неправовые забавы в станице Вешенской.

Я рассказал только о трех думских сидельцах, которые через свои гнилые связи пролезли в нижнюю палату. Там таких гораздо больше. В свое время, по долгу своей работы, а я возглавлял управление информации парламентского собрания по связям Белоруссии с Россией, часто сталкивался с подобными экземплярами. Знаю, не понаслышке, чем они дышат. Больше за свою шкуру пекутся. Как-то встречаю в коридоре одного думца с поникшей головой и бледным видом и сочувственно говорю ему: «Что случилось? На тебе лица нет. Заболел?»

— Как тут не заболеешь. Очередная сделка сорвалась. Я когда в неделю сто тысяч долларов не зарабатываю, то от головной боли места не нахожу.

— А чем торгуешь?

— Своим положением.

Вспоминаю советское время. Если бы в то время вышел подобного рода материал, то такие как Онищенко, Чернышев, Шолохов немедленно бы покинули парламент. Не говорю уже об уголовке. Был строгий партийный контроль. А сейчас «Единая Россия» с большим удовольствием принимает в свои ряды гадостных людишек. На каждом углу трезвонят: «Единая Россия» – правящая партия. Только никто в этой правящей партии кадровым подбором не занимается. Видимо, главный критерий при приеме в партию – стяжательство и обогащение.

Господа, остановитесь! Ведь это позор, когда руководитель верхней палаты Матвиенко в свои сенаторские ряды берет преступника из Карачаево-Черкесии, который не знает даже русского языка. Зато богатства у него несметные. Народ от таких наглядных издевательств все больше и больше погружается в уныние, доходящее до отчаяния, как доктор Рагин из повести Чехова «Палата № 6». Неужели глава государства этого не замечает? В последнее время он ни в нижней, ни в верхней палатах не бывает. Видимо, число больных увеличилось там настолько, что Путин стал их сторониться. Стало даже не с кем по душам поговорить. Остается затюканный народ, на жалобы которых он не отвечает, зато его жалобы народу о разворовывании государственной казны, за живое хватают и воспринимается очень болезненно. Удивляются, что невидимки какие-то тащат. Вот народ и хочет знать: какие? А президент их не называет. А как дальше жить?

Толмачев А.М.,

концлагерь №9  УФСИН России по Оренбургской области,

май 2020 г.

3 комментария к “Государственная Дума есть, но народным духом там не пахнет”

  1. Чудовищные факты! Аморальный сходняк вместо парламента. Отсюда все проблемы страны.

Оставьте комментарий